Либерально-демократическая партия России
Понедельник, 22 Января 2018
ЛДПР
---

Выступление Владимира Жириновского в здании бывшего издательства «Мир», посвященное 30-летию начала политической карьеры лидера ЛДПР / 15 мая 2017

16 Мая 2017 12:36 | 1483

Проработал я в издательстве «Мир» больше семи лет, ушел не по своей воле, с 1 ноября 1990-го. Место здесь очень хорошее – лесопарковая зона, рядом проектный институт, рядом парк Сокольники. Жил я с той стороны парка – полчаса утром на работу, полчаса обратно. Птички поют, условия великолепные. 

Столовая здесь. В церкви находилась редакция, сейчас вернули – стала снова церковь. 

Я пригласил вас сюда, эта вывеска напоминает, что ровно 30 лет назад здесь в этом здании началась моя политическая жизнь. 

Еще до войны Сталин хотел сделать выборы альтернативными, чтобы было хотя бы два кандидата на одно место. Но партийная номенклатура не допустила – все ведь понимали, что если будут разные кандидаты, от разных трудовых коллективов – не обязательно, партия была одна – то будут проходить, может не те, кого хотели бы партийные комитеты. 

В 1977 году мы приняли другую конституцию – новую, брежневскую – и там расширили круг тех, кто имеет право выдвигать кандидатов. Раньше только партия, так все было сделано, райкомы, теперь разрешили трудовым коллективам. Но реально это не получилось – все равно все шло по указанию райкомов КПСС. 

Это был Дзержинский район Москвы, один из 33, и недалеко здесь был Дзержинский районный комитет КПСС города Москвы. И в январе 1987 года – это, наверное, единственное, за что можно сказать спасибо Горбачеву – приняли положение о возможности самовыдвижения. 

Трудовые коллективы возглавляли коммунисты, в каждом трудовом коллективе был партком, коммунист, поэтому реально расширения свободы не получилось. Какая разница – этот коммунист подчинялся райкому, все равно они делали то, что они хотели, были только те кандидаты, кого они определяли кандидатом. 

И вот в январе разрешили – и в мае начались выборы. В самые первичные органы – МСУ тогда не было – районы были самой низкой ступенью выборов, районный совет. Вот в Москве было 33 райсовета, 33 райисполкома, отдельно выбирался Моссовет и Мосгорисполком. 

И почему мы сегодня пришли – потому что ровно 30 лет назад, мне был 41 год, я был в самом расцвете, было хорошее время, нам всем хотелось знать, верить, что будет хорошее время, что оно наступает. Еще не было ошибок перестройки, шел только второй ее год  - 1986, 1987, все говорили «гласность, демократия, расширение, больше прав предприятиям, больше информации», – это всем нравилось. И это был год наиболее приятный для меня. И поэтому он мне запомнился.

Но больше всего конечно запомнилось 15 мая. Здесь в зале собрался трудовой коллектив, и я выдвинул свою кандидатуру. А они соответственно готовили кандидатуру секретаря парткома издательства «Мир» Ястребова. Он уже умер много лет назад. Естественно они не хотели, чтобы  я стал – беспартийный, юрист, с какой стати? Власть никто не отдает просто так. Тогда они меня не утвердили. Но я юрист, я им говорю – собрание неправомочно. Сто человек – а почему собрались 20 человек, что вы можете решить? Должен быть весь коллектив – в момент проведения собрания нужно всех пригласить и пусть все голосуют. Они говорят – мало места, зал маленький. Говорю – хорошо, вот рядом, огромный институт, у них отличный дом культуры. Там собрали, организовали – это было 15 мая 1987 года. Я выступил, выступил коммунист Ястребов, задавали вопросы – обычное нормальное собрание. 

И как я был счастлив, когда люди большинством голосов проголосовали за меня. Это была моя первая победа. Всегда запоминается первое – первый день в школе, свадьба, первый день в армии, для кого-то первый день в тюрьме, первый день в какой-то религиозной секте. Первое запоминается навсегда – первая девушка, первый парень. 

А здесь было ведь ожидание многих лет. Это была радость со всей страны – неужели мы имеем право хотя бы выдвинуться! Мы не были уверены, что за нас проголосуют, нас пропустят, но я получил право считаться кандидатом в депутаты. Самого низкого уровня.

Разрешили не по всей стране – 0,4 всех округов, пол процента – им разрешили выдвинуть. И, по-моему, в Москве я был единственным, никто ведь не может так вспомнить – один на огромный город. 

И надо запросить архивы – а вообще в стране сколько было таких, кто поспорил с этой нормой и в мае 1987 года путем самовыдвижения выдвинулся.  Выдвигаться могут многие, но чтобы коллектив утвердил – это было главное решение, чтобы коллектив утвердил: вот наш кандидат в депутаты. Потом это идет в избирательную комиссию. 

Но они хитро опять придумали, коммунисты, что они создают комиссию, которая просматривает протоколы, документы до регистрации в  районной ИК. И естественно меня завалили. 

Как Евровидение - в том году Сережа Лазарев победил, народ за него, а комиссия Евровидения другого избрали. Вот эта борьба с гражданами, нарушение их прав – во всем мире, не только у нас, во всем мире нарушались права граждан, затирались, кто неугоден. В таком же положении сегодня вся наша страна. Почему у ЛДПР успехи – потому что мы шли тем путем, которым сегодня идет Россия – во всем мире на нас вешают всех собак: мы во всем, оказывается, виноваты, все беды во всем мире от нас. 

Эта кибератака – тоже мы сделали, выборы в Америке или во Франции – мы. И все на нас. 

И вот так на нас беспартийных навалилась КПСС – не давало нас пропустить. Но пресса широко это освещала, потому что в масштабах Москвы наверное, это был единственный случай. Но мы запросим архивы, выясним, сколько в мае 1987 года трудовые коллективы выдвинули, утвердили, проголосовали «за» самовыдвиженцев. 

Это была первая демократия, это был первый свежий глоток воздуха. Тогда даже многие не поняли – вот с этого началась новая демократическая Россия. Не с тех, кто потом будут бегать по иностранным посольствам, не из тех, которые потом устроят майданы в Киеве и будут сжигать наших граждан в Одессе, а именно вот демократия. И сделано сверху, без революций, именно ЦК КПСС пошли на это. 

И это был праздник. Я счастливый возвращался домой в тот день, шел гордый – наконец-то получил поддержку коллектива. 41 год и наконец-то какое-то признание. Инженер добился утверждения его изобретения, врач сделал какую-то уникальную операцию, композитор сочинил какое-то произведение, а тут в политике, самое сложное. Но эта победа маленькая была одержана, и она послужила фундаментом, что на следующий год, опять в мае 1987 года я узнаю о нелегальном съезде демократического союза, его Новодворская возглавила, прихожу к ним на съезд, мне это было интересно, выступаю, и меня выбирают в руководящие органы. Это тактика ЛДПР – мы  никому не мешали, мы не перебегали дорогу, мы не занимались интригами. Если меня трудовой коллектив утвердил кандидатом – вот это был праздник. Если чужая партия, делегаты меня избрали в руководящий орган – тоже праздник. Но здесь было легально, а Демсоюз нелегально. 

Но уже началась работа по созданию новой партии – ЛДПР. Потому что те, кто были в руководстве Демсоюза, они меня узнали, когда там начались расколы, разгоны, поскольку они были нелегальные, то часть из них решили создать другую партию. Но пошли правильным путем – тем, которым сегодня ошибочно не идут многие партии. И возник вопрос – а кто возглавит партию? Их же сотни организовалось – а где они все? И даже если говорят – вот, партия вождистского типа! Так начинается все с руководителя. Как вы узнаете программу партии – вы же не будете слушать сотни тысяч людей. Вам нужно слушать его, руководителя. 

Макрон победил во Франции – его узнали, какая разница – кто знает эту партию «Вперед», или «Франция на марше». Никто ничего не знает – какая Франция, на каком марше. Знают его. Поэтому ко мне обратились, чтобы я возглавил. Я вообще не думал ни о чем в этом плане, я ждал, когда будут легально созданы другие партии и хотел вступить просто в какую-то партию. Чтобы просто иметь возможность активно участвовать в общественной жизни. Вот и все. Не было карьеристских соображений, никаких материальных, а просто возможность говорить, выступать где-то.

Мне было противно, когда я прихожу к коммунистам на собрание, а они говорят: Владимир Вольфович, а сейчас у нас закрытая часть повестки – вы должны уйти. Всегда в таком случае чувствуешь себя как человек второго сорта. 

А о чем они  там говорили, коммунисты, на закрытых  партсобраниях? Я  вам скажу о чем – о том, что они плохо работают, что беспартийные работают лучше их, что лучше их соблюдают трудовую дисциплину, что они сами, коммунисты, позорят свою партию. В конечном итоге партия рухнула, потому что не было конкуренции, не было критики. 

Вот этим мне запомнилось мне издательство «Мир», поскольку было мое последнее место работы, теперь уже 27 лет я на партийной работе, с декабря 1993 года, седьмой созыв депутат ГД, все мои звания, регалии вы знаете, повторяться не буду. Но смысл в том, что мы сюда пришли, чтобы сказать: 30 лет назад 15 мая 1987 года состоялось рождение ЛДПР. Наверное, лучше сказать – зачатие, был первый шаг, что-то может получиться, мы начинаем.  1988 – идет созревание ситуации, мы видим, что такое партии. И наконец, мы выходим – рождение партии 31 марта 1990-го года. Вот такие шаги. 

Они нелегки, они очень тяжелые, и чтобы этот шаг сделать – я сорок лет думал об этом, библейское число. Когда некоторые торопятся что-то сделать в 15-16 лет – молодцы, но опыта не хватает. Поэтому рухнули многие политические структуры и даже те, которые возглавили люди с опытом. Но я шел постепенно, я не был экстремистом, радикалом, но меня везде выдавливали по политическим причинам, поскольку мои взгляды не всех не устраивали. 

Но сегодня все те мои взгляды, которые я высказывал, они на самом верху все. Поэтому все изменения, которые произошли в стране, они положительные. Много отрицательного – мы это не поддерживаем, но то положительное, что произошло, делали миллионы советских граждан, каждый в своей коллективе, на своем рабочем месте. 

И, кроме того, чем нам еще памятен этот день, 15 мая 1987 года, нам памятен еще и сам факт, что мы были первые. Если мы узнаем, насколько я понимаю, что в Москве был один на всю столицу, а может вообще один и в стране был, за кого проголосовал трудовой коллектив. Потому что самовыдвиженцев много могло быть, но чтобы добиться победы, признания трудового коллектива, здесь нужно было иметь знания. А если окажется, что я единственный в Советском Союзе, кто был выдвинут и проголосован – это будет действительно еще больший успех, что на первых же альтернативных выборах победил кандидат от ЛДПР. И потом мы победим в декабре 1993 года – вся партия победит. Но чтобы нам победить в декабре 1993 года, нужна была эта маленькая победа 15 мая 1987 года. И ее величие в том, что это как Берлинская стена – кто-то вырвал один кирпич, камень и началась рушиться она, рухнула, и Германия объединилась. Хотя нам было выгодно, чтобы она объединилась бы на другой основе. Так и нам – чтобы ЛДПР могла прийти к победе 12 декабря 1993 года, нужна была победа  за шесть лет до этого, в мае 1987 года. 

Поэтому я считаю этот день одним из самых счастливых дней в моей жизни, ибо он выпал на мой расцвет как личности - 40-45 лет, это лучшие годы в смысле профессионального, морального, политического значения, когда человек уже многое знает, многое может и получается у него уже многое. 20-летний мальчик не смог бы убедить трудовой коллектив, где средний возраст был 45 лет, что надо его выдвигать. И 80-летний не смог бы убедить, потому что люди хотели обновления, движения вперед. И вот совпало, что выходит 40-летний юрист, 41 год и это попадание в точку – опыт, образование. 

Ну и конечно умение выступать. Коммунисты на этом проиграли – у них не было своих ораторов, никто не мог объяснить. Ведь очень много хорошего было в СССР и можно было по-другому идти, но не было. Вот как раз здесь в Дзержинском районе мы никого и не знали из коммунистов. Поэтому в этом была беда.

А почему их не было – потому что была одна партия. Когда сегодня оценивают историю нашей страны, все перечисляют – и Сталин, и репрессии, и целина, и война, революции, тяжело, окружение, и забывают одна главную причину сказать – это однопартийный режим. Он погубил КПСС. 

И китайцы это поняли – они сотни тысяч специалистов мобилизовали, изучили миллионы страниц политических текстов, чтобы определить, а почему рухнул СССР. Нужно было ко мне приехать в Москву – я бы бесплатно, за 30 минут рассказал, в чем причина крушения СССР. Они решили сами до этого дойти и потратили огромные деньги, и поняли – раз режим однопартийный, а у них тоже, надо ввести механизм смены власти. Не власти таковой, а руководящий состав. И вот они установили – 10 лет, все, два раза по пять. 

Вот сейчас будет очередной съезд у коммунистов и Си Цзынь Пинь последний раз пойдет на пятилетний срок. Уже в 2022 году будет другой руководитель Китая и вместе с руководителем приходит большая новая команда. Мы это тоже сделаем, два срока. Только они там в хитрую добавили слово «подряд» - не более двух сроков подряд. Никто не понял, что это значит. А это значит, что до смерти можно находиться у власти. 

Вот два срока побыл. Вот я – Миша, иди, посиди на моем месте, а потом скажи, что у тебя плохое здоровье. И уходишь – и я снова иду, десять лет. Прошли – Борис, иди, посиди, покарауль место. Вечно. 

Я юрист, юридическая казуистика – вставили одно слово. Китайцы не стали вставлять – они знают цену словам. Что вы работаете на одного человека – он умрет, а страна тоже должна умирать? Брежнев умер – и что дальше! Через три года началось крушение страны. Поэтому мы добьемся, чтобы только два срока было. В том числе и для губернаторов.  Савченко, белгородский губернатор, сейчас в седьмой раз идет! Ну что это! Уже область устала от него, чисто морально это лицо 20 лет видеть! 

Нам говорят – а у вас что? мы же не у власти, мы не управляем, мы представлены нашими избирателями в ГД. Поэтому мы говорим о сменяемости исполнительной власти. Депутаты – пожалуйста, пускай до смерти сидят. Мы похоронили 11 мая нашего депутата – он бы мог дома сидеть, прожил бы дольше, он хотел работать, оставаться на месте. Но никому не мешал, через год-два фамилию его забудут даже. А фамилию Ленин, Сталин, Брежнев и все остальные будут помнить долго. Потому что много крови. 

Я заканчиваю свою выступление, сейчас мы посмотрим хронику. Чем она интересна – надеюсь, наши специалисты проанализируют до конца все материалы. Потому что мы столько сделали, столько сказали, столько дали ценных оценок нужных, анализов, что это до сих пор еще не все прозвучало. Если это все прозвучит, скажут – как так, они уже тогда говорили, они тогда уже предполагали! Это достижение. 

И Прокофьев – я был у него на приеме. Вот он сидит. Я открыто и честно обращался за помощью – у меня ничего нет, кабинет рабочий. Я пришел к комсомольцам, они стали распродавать свое имущество, 40-миллионный молодежный союз – дайте что-нибудь. У них штаб –квартиры, машины, люди. Ничего не дают. Я пошел к Прокофьеву – дайте что-нибудь. Ничего не дали. Пошел в ЦК КПСС. Мы поддержку хотели, но нам ничего не дали. Но, тем не менее, последний первый секретарь московского горкома Юрий Анатольевич Прокофьев – впечатление о нем положительное было, хорошее впечатление. И нам выгодно услышать, что он до сих пор еще помнит. И самое главное – что он вспомнил, как Ельцин, узнав, что в одном из районов Москвы прорвался какой-то юрист, дал команду – наведите порядок! Вот они, коммунисты! Какой он демократ, Ельцин! вот в 1987 году в мае он требовал навести порядок в Дзержинском районе. И как навести порядок там можно было – не пропускать Жириновского! 

Вот видите – это мы узнаем у него, у Прокофьева. Когда узнаем – 30 лет спустя. Представляете! Когда же заработают наши архивы – 30 лет надо ждать, чтобы узнать, первый секретарь московского горкома КПСС Ельцин дал команду навести порядок в этом районе. Порядок в том плане – что это там за самодеятельность, какие-то жириновские в депутаты захотели. Вот коммунисты! Почему не получилось – потому что предательство, потому что хамелеонство. Из-за этого же ничего не получилось у них. 

А почему у ЛДПР получилось – потому что я не был коммунистом, не принимали к ним. Это была их беда. Это была еще и честность моя. Я же мог приспособиться, молчать, меня бы приняли в МГУ еще, в армии я был, политический орган, сам Бог велел – это все равно, что ЦК КПСС Закавказья – я там работал. Но я честно критиковал порядки в Грузии и это мне в вину поставили. А теперь мы видим, какая Грузия – войну начала против нас. 

Поэтому надо все архивы поднять, все это в виде видеоряда сделать, чтобы те, кто живы еще, московские коммунисты, они могли сказать,  как же было здесь у нас 30 лет назад, 20, 15 и так далее.

Спасибо всем, кто пришел, и организаторам этой встречи, этой акции. Мы еще раз напомнили друг другу, что мы начали и это тогда был праздник – это была первая маленькая победа 15 мая 1987 года. И я благодарен трудовому коллективу – если бы они не голосовали, тогда какой смысл – я бы ничего не смог сделать. 

Поэтому мы вместе все, все - таки директор издательства человек конкретный, лидер партии конкретный, министр, автоматически звучит только их фамилия в основном, но решение принимает народ. Народ первый раз принял решение здесь, и подсказал мне, что можно – я же никогда не участвовал ни в чем. Почему мне радостен тот день 15 мая – я увидел, что 15 минут выступления и народ голосует за меня. За меня проголосовал Дзержинский район, а потом и жители Москвы, если бы нормально прошли выборы. 

Через два года здесь же выдвижение кандидатов в народные депутаты РСФСР. Я тоже собирался, но они опять перепугались – а вдруг опять коллектив меня выдвинет. Но поскольку я уже понял, как они дальше будут делать, и директор издательства уговорил меня не выдвигаться, и кого они выдвинули – Коротич, который будет грязью поливать всю нашу страну! Вот все что я сделал за 30 лет и что сделал Коротич! И это тот же коллектив – они меня выдвинули в Дзержинский районный совет, и коммунисты этого района меня зарубили. А Коротича  оставили – он был депутатом пять лет и поливал грязью всю нашу страну, бывший главный редактор «Огонька». 

Много хорошего делали демократы, много правды сказали, я не об этом, но кончается у них все, как Майдан в Киеве – вот это мы отвергаем. Пожалуйста, демократия, пожалуйста, пусть все выступают, защищать права всех, чтобы работали все издательства, чтобы все имели офисы, но сегодня у нас есть хороший пример – майдана киевского мы не хотим и никогда не допустим.

Комментарии (0)
Только авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите или зарегистрируйтесь.
Лидер ЛДПР уверен, что попытки властей бороться с протестными митингами путем запретов ни к чему хорошему не приведут. Чем чаще запрещают, тем больше интерес у молодежи, отметил Владимир Жириновский