Либерально-демократическая партия России
Пятница, 19 Июля 2019
ЛДПР
---

Выступление Владимира Жириновского в Академии Генштаба Вооруженных Сил РФ с лекцией, посвящённой вопросам развития внешней и внутренней политики страны / 27 ноября 2018 года

14 Января 2019 15:44 | 669

Когда я совершаю поездки по стране, иногда подходит кто-то, может быть, даже в штатском, говорит: «Мы помним, вы выступали у нас в Академии Генштаба». Люди запоминают мои лекции.

Сегодня моя задача – дать вам суть того, как можно оценивать происходящее или прошлое, или настоящее, или будущее, ближе к вам с военно-исторической точки зрения, геополитической. Это всё очень важно, очень нужно. Вот сейчас у нас с вами главным фактором является исламский. Ренессанс, возрождение религии вообще, и в основном Ближний Восток. А у нас при советской власти это было немножко приторможено, и практически специалистов мы не готовили. Это очень важно, потому что и офицеры, и солдаты, и, а тем более, генерал или начальник, командир – надо самые элементарные вещи чтобы могли знать, чтобы не было ошибок в оценке. И здесь, конечно, вопросы, как оценить. Ну, во-первых, просто знать надо, потому что до сих пор многие путаются, кто сунниты, кто шииты. Он же не будет говорить, кто, но по месту жительства можно определить. Я до сих пор себя не удобно чувствую, я часто приезжал в Ирак, Саддам Хусейн. Но надо знать восточные обычаи. Нельзя суетиться. Тебя пригласили, сиди в номере, жди, когда хозяин: президент, султан, Эмир, он спросит, ну как он, приехал гость московский, что он хочет, и так далее. Потом, может быть, начнутся какие-то мероприятия. А вы по московской суете: давай, давай, завтра вот это, послезавтра это. Нельзя. Это их раздражает, обижает. Посол ничего этого не говорит. Тоже какой-то неудачный был тогда посол. Потом меня спрашивают: «Что бы вы хотели посмотреть?». А я внизу, в гостинице слышал – Кербела, Кербела. Ну, думаю, какое-то известное историческое место. И я им говорю: «В Кербеле хочу поехать». Это их обижает. Кербеле – это могила шиитского высшего духовного лица. Как суннитов Мухаммед, это Мекка и Медина, так и есть захоронения шиитских священных, самых главных. Ну как, с чем сравнить здесь? Наверное, если бы к Путину приехал какой-то иностранный гость и попросил показать или цветы положить на могилу Шамиля Басаева. Наверное, Путину или Ельцину это было бы неприятно, что человек приехал, а что-то его тянет к тем, кто является, в общем-то, не другом России. Это всё нужно знать. Эти мелочи – они там не мелочи, тем более на Востоке.

Я только что был в Таджикистане. Президент встречает, берет за руку. Если приехал высокий гость, то уважение к гостю – взять за руку и довести его до того места, где он будет находиться, переговоры или за столом. У нас это не принято. Совсем другие могут быть ассоциации. А там, наоборот, если вы руку отдерните, это неуважение. Президент Рахмон взял меня за руку и долго вёл, потом отпустил. Поэтому это тоже надо понимать, что это элементарные вещи, это знак уважения. И не просто под локоть, а именно рука в руку, вот так он берет и идет. Тоже такие вещи, которые люди могут наши не знать.

Или в том же Ирак, Тарик Азис. Устроил застолье, и знает, что мы из России, многие пьют, где-то стоит виски, ещё что-то выпить. И пить нельзя официально, в чашки из-под чая налили. Один чудак, арабист он, востоковед, он выпил немножко, и давай тост. Какой тост? Ты что вообще? Здесь не пьют, запрещено, тебе налили в чайную чашку, выпей, если тебе хочется, и всё. Тост вообще не произносят. На Востоке говорит только первое лицо. С их стороны султан, президент, премьер-министр, и с нашей стороны глава делегации, остальные должны сидеть молчать, и вообще подальше от первых лиц. Он тост полез говорить. Такие вещи надо знать. А уж тем более за женщин если тост произнести, то это будет оскорбление для них. Каких женщин, ты что вообще? То есть непонимание простых вещей. Этому нужно учить, обучать, что такое Восток, Средняя Азия, Иран, Турция и так далее.

И, конечно, если в плен попали какие-то военнослужащие, надо, наверное, развести их: суннитов в одну камеру, шиитов в другую камеру. Так же, как сейчас на Украине. Надо узнать вероисповедание, кто там: униаты, украинская церковь Московского патриархата или это Константинополь, или еще кто-то. Вот то, что сейчас они ведут дело к созданию своей национальной церкви, это еще Гитлер хотел сделать. И они пытались это сделать. Поэтому униаты, те, кто объединились, отказались от православной, с католиками, вот они решили – уния, и у них практически одна вера. Ну ничего не получилось. И сейчас он пытается оторвать, расколоть православных на хотя бы две части: Московский патриархат, потом их выгнать, наших священников, и чтобы была его национальная, украинская церковь. Поэтому надо знать историю, когда это началось, с чем это связано. Та же Украина, вот сейчас как бы затишье у нас, Сирия – это далеко, плохо живут соседи. Вот сейчас к нам лучше всего относится в Средней Азии? Таджикистан. Дальше потому что. Принцип географии здесь, не национальности. И киргизы хорошие, и таджики, но чем дальше от нас, тем они больше любят нас. Пример бытовой. Ваши родственники, которые живут далеко-далеко, у вас с ними хорошие отношения, а которые здесь, если в Москве вы, из Москвы, где рядом, как соседи. Соседи ругаются по дому, город с городом и так далее. Так и здесь. Нужно учитывать. Почему это надо учитывать? Ведь надо в перспективе нам все-таки делать какое-то государственное образование. СНГ – это как бы клубный вариант. А вот государственную форму надо придумать. Я им объявил уже, и здесь они приехали, руководители фракций всех парламентов СНГ. Вот такой вариант если – Российская конфедерация, чтобы все полномочия остаются на местах, кроме семи. У нас общая оборона, внешняя политика, финансы, транспорт, связь, энергетика, экология. Всё остальное на местах. И пример – Евросоюз. Они уже говорят: давайте потихонечку забудем про национальный суверенитет. У нас будет с вами Европарламент, уже есть. Еврокомиссия превратится в правительство Европы, и, соответственно, президент. То есть дело идет к созданию европейской империи, такого государства, 500 миллионов. Почему? Потому что остальные нежизнеспособны. Украина может мучиться сколько угодно, но 30-40 миллионов, государство не может выстоять. Она поэтому и пытается туда, в Евросоюз. Но вот здесь ведь кто-то из наших чиновников-то занимается, наверное, уже будущим, что будет с СНГ в 2015-м, в 2030-м, в 2035-м. Поэтому начинать нужно с Таджикистана. И они ждут наших учителей, ждут вообще возврата русского населения. При этом рядом Афганистан, где все больше и больше количество тех, кого перебрасывают боевиков из Сирии. И, конечно, это будет в перспективе попытка вторжения уже настоящего.  Сейчас каждый день гибнет 2-3 таджикских пограничника. Они просят подготовить, у нас же есть погранучилища. Они же не имеют классической подготовки. Тоже вот, упор на это, технику другую. Чтобы они могли подальше видеть приближающиеся банды. Очень много знаний нужно. Вот получается так, что гражданские чиновники не все знают. Тот же Афганистан, кого послами туда направляли? Как вот нужно было убрать секретаря обкома КПСС, вот его туда послом. Он чем там будет заниматься? Это же надо знать все, понимать. Как и вот на Украину, Черномырдин. Почему он там оказался? Куда-то надо пристроить. Бывший председатель правительства и без дела. Это уже 2000 год был. А он уже два года без работы. Вот решили, пусть поедет на Украину, там проблема газовая. Всё правильно, проблема газовая. Но главная проблема – политическая. И вот это мы забываем, что можно с газом договориться, не договориться, а ситуация резко обострится не потому, что посол был специалист по газу. Ну Черномырдина нет, кого потом взамен? Зурабова. Чем он занимался? Лекарствами торговал. Какая связь с Украиной, надо же всё знать. Я ее всю прошел как адвокат, потому что я работал в Инюрколлегии, и у меня дела были в основном по Западной Украине. Все они по-русски говорили, никто из них не пытался показывать свои знания украинского языка. Ну вот не хватает специалистов, чиновники проигрывают.

В царской России не хватало чиновников. Началась Первая мировая война, вот уже ближе к вам. Армия воюет, молодец, мобилизация идет. Уже боеприпасов немерено, всё готово к весеннему наступлению в апреле 1917-го. А в феврале царь теряет власть. Сам себя оставил один на один с обществом, которому он надоел. Надоел лично, больше 20 лет, ну нельзя так. Пять лет срок, всё. Когда 10 лет, 15, 20 – уже устают. Сирия, ведь в чем дело в Сирии? Отец и сын правят 40 лет. Ну надоела семья эта, Асады. Ну люди не хотят. Пусть даже следующий будет хуже, но они хотят избрать другого, чтобы был принцип выбора.

Или вот, выборы в Приморье. Если полностью свободные выборы, победит наш Андрейченко. Почему? Его вовсе не обожают жители Приморского края, но они устали, что Москва присылает сверху. Вот вам Тарасенко – не хотите, Кожемяко – не хотите, всё время кого-то присылают. В общем, жители не любят, это их унижает. Что, мы своих не можем? Что, приморских у нас нет что ли? В этом как бы принцип сегодня отношения, вот этот психологический климат. Во-первых, долго сидят некоторые губернаторы, министры, чиновники. Во-вторых, чужаки. С другой стороны, иногда правильно – чужого присылают. Потому что внутри такая мафия, что кого ни поставь, он уже в нее врос. Он будет продолжать ту линию. И приморская мафия была очень сильная. Поэтому Кремль правильно направил туда Тарасенко, а сейчас Кожемяко. Не хотите просто с чужого региона, но Кожемяко ваш, дальневосточный, Амурская область, Камчатка, Сахалин, вроде бы свой. Но какой свой для Москвы, если он в Петербурге, в Твери, в Рязани? Какой свой? Это не Москва, ты все равно чужой. Поэтому специально назначают на 16 декабря, понимая, что будет второй тур. Второй тур 30 декабря, все гуляют, пироги, тёща, дети и пойдут голосовать все, кто в погонах, и те, кто бюджетники. На это ставка делается. Они дисциплинированы, они имеют право голосовать за кого хотят. Но потом, если навяжут губернатора, которого не хотят избиратели, они же будут заниматься саботажем, люди сами, каждый на своем посту, вот это иногда есть такое недопонимание. Как Сирия, я уже сказал. Из-за того, что семейка эта сидит 40 лет, сколько погибло людей. Саддам Хусейн сидел сколько? Полтора миллиона погибло с января 1991года, первая операция «Буря в пустыне», до его свержения в марте 2003-го. Ну зачем так делать? Ну хотя бы сыну передай власть. То же самое Каддафи, захватил власть, и всё. То есть власть – самый страшный наркотик. Деньги – привыкнут, вот этот Захарченко, у него миллиарды в соседней квартире, и он с ума не сходил, уже привык, что с ними делать. Сколько у него миллиардов? Шесть было? Девять миллиардов. Ну и что, 9 миллиардов, он привык. Сладости, это тоже наркотик, ну все остальные вещи, игровые вещи, зависимость. То есть зависимость от какого-то явления, вот она очень мешает всем. Кто-то из казино не вылезает, кто-то с автомобилями. У меня сосед, гаража не было тогда еще, так он зимой на улице под «Запорожцем» лежат, ковырялся. Почему? Очень машину любил? Жену ненавидел. Повод уйти. И она не спорит: смотрит, он лежит там, под «Запорожцем». И он готов лежать там, коврик какой-то, под «Запорожцем», чтобы был повод уйти. Вот одну и ту же гайку крутит полдня, лишь бы с ней лишний раз не схлестнуться на квартире. Это вот как бы усталость людей. Поэтому на Западе придумали: как можно чаще меняют власть. Вот Америка, два срока – 8 лет. Я считаю, вообще ввести один срок, только один. Вот киргизы уже обогнали нас в плане демократии. На шесть лет, только один срок. Всё. И выборы в парламент только по партийным спискам, тогда партии развиваются. Когда по округам одномандатным, это видимость, что, мол, пусть народ выберет. Кого выберет, если они вкладывают 200 миллионов в округ? А я могу дать 2 миллиона, в сто раз меньше. Кто же выиграет? Тот, кто вложил 200 миллионов. Это что, народ выиграл? Деньги выиграли. И грязные деньги. Но ситуация-то ухудшается. И еще хуже будет в 2019 году и в 2020-м. так что вам работы прибавится, вы без работы не останетесь. Ситуация будет обостряться и во вне и внутри. Так что это такой вариант, что врачам нужны больные, полицейским нужны преступники, а кто в погонах, видимо, желательно, чтобы какие-то были минимальные боевые действия, иначе знания, если без применения, очень сложно. Хотя, я согласен, лучше, чтобы был бы всегда мир.

Вот Афганистан. Собрали, афганцы воевали, обсуждаем закон о социальном улучшении, социальных гарантиях афганцев. И в проекте постановления написано, что Государственная Дума осуждает Верховный Совет СССР за то, что он в свое время, вернее, отрицает, что Верховный Совет СССР осудил ввод наших войск в Афганистан. Это где-то в 1989 году было. Но ведь, в принципе-то, сперва не хотели вводить, и Брежнев, и Андропов, и Громыко, и Устинов. Все четверо не хотели. Решение только они принимают, 4 человека. Армия, КГБ, МИД и Генеральный секретарь. Потом захотел только Брежнев. Они тоже не хотел. Так что же мы обманываем себя? Министр обороны не хочет, а мы тебе будем говорить: «Нет, правильно сделали». Так это погибшие 13 тысяч, и 400 тысяч искалеченных. А, с другой стороны, ведь можно было сделать так, что мы бы там и сегодня стояли. Может быть, нужно было дальше идти, и перенести действия на Пакистан. Китай мешал. Сегодня хвалит Зюганов «Коммунистов Китая», так они оружие давали Пакистану и помогали деньгами, и убивали наших солдат там китайским оружием, на китайские деньги. Это ведь тоже надо знать, это понимать надо, что, когда, как, где было, и кто участвовал.

Вот сегодня есть Абхазия, Осетия. Все с их лидерами при встрече обнимаются, в Минске Лукашенко всех обнял. Но что это за улыбки? Сейчас провокация – Керченский пролив. Никто нас не поддержал. Из наших же соседей – никто. Даже Белоруссия, союзное государство. Это вот проверка. Я считаю, что все события, 1991 год, ГКЧП, и до сегодняшнего дня, это политический рентген, кто, чего стоит. Я понимаю позицию Средней Азии. Москва сама отказалась, мы их выгнали из СССР, они не хотели уходить. Теперь они как ласковый теленок доят четыре матки: Москва, Вашингтон, Брюссель, исламский мир. Китай. Пять. Это же хорошо из пяти касс получать деньги. И только ни к кому не примыкать, только за это получать. Сиди в Душанбе, в Ташкенте, в Ашхабаде, в Бишкеке и в Астане. А нам-то это каково? Мы же там всё это сделали, построили, огромные средства вложили. А нас называют империей. Да империя – это хорошо, в том-то и дело, что империю полностью убрали. И в рамках СССР, наоборот, максимальная помощь всем, кроме русских. Сейчас я перечитываю Сталина, он делает ссылки на Ленина. Поэтому, когда у вас нет времени, читайте Сталина. Он сам своего мало дает, а в основном – вот, Владимир Ильич так говорил, и дает цитату, как Ленин давал оценку. То есть они как национальный вопрос, говорят, надо решать? Давайте всем им дадим свободу, вплоть до отделения. Вы что делаете? Ну они все отделятся, а что русским останется? Московия? Посмотрите на карту, везде же национальные регионы: Карелия, Коми, ханты, манси, Ямал, и дальше пошли – Якутия, Бурятия, Еврейская автономная, и всё Поволжье. Кругом национальные регионы. 30. Если сталинско-ленинскую линию проводить дальше, сегодня осталась бы Московская республика. Да, миллионов 30 по Золотому кольцу. Но Россия не может быть такой. Россия становилась как империя. Империя – это нужно правильно воспринимать. Империя – это вынужденная форма государственного устройства, когда многонациональный состав и многорелигиозный. Вот Германская империя рухнула, никакого значения для немцев. Там были только одни немцы. Им наплевать, нет империи, появилась Вермахтская республика. Потом ее нет, Гитлер пришел к власти, его нет, Аденауэр, и вот Меркель теперь. Вот бабушка Меркель, вот она сегодня канцлер. Австро-Венгрия рухнула. Почему? Там в чистом виде национальное государство: Югославия, Венгрия, Румыния, это отдельные государства, это она их как-то захватила, забрала в свое время, имея деньги и расширяясь. Османская империя, они вообще всю Африку Северную захватили. Арабы, это другая цивилизация. Поэтому крушение четырех империй дало возможность австрийцам получить родное государство – Австрия. У немцев немецкое государство, у турок турецкая республика, только у русских ничего. СССР. Ну хорошо, тогда давайте его сохранять. Причиной падения СССР стал национальный вопрос. Религиозный и национальный. Но религиозный, он, может быть, в пассивном таком варианте. Вот сейчас на Украине пошумят они, главное остается противостояние – украинцы и русские. Вот захваченные моряки, это все русские. Это как нужно было оболванить русских людей на Украине, чтобы они с удовольствием пошли на войну против русских. Немцы пошли бы так? Никогда. У них есть национальный дух. У нас его нет. Дух был интернациональный. Вот мы в Афганистан пошли под лозунгом – «Окажем интернациональную помощь левым силам Афганистана». Это вот проблема. Хотели дать полную свободу и дать средства на развитие всех национальностей, кроме русских. Ну и что вы получили? Только русские могли встать на защиту своей страны. Вот ГКЧП. Кто из вас поддержал ГКЧП в августе 1991 года? Никто. А потом говорят: «Мы патриоты». Как же патриоты, когда армия наша, и Язов – командующий армией, то есть министр внутренних дел, председатель Правительства, вице-президент, высшее руководство страны обратились к народу – давайте остановим развал государства, разгул преступности. Всё можно было сделать. Как Афганистан, нужно было банды добивать в Пакистане, а когда они в Афганистане, вы их не разобьете. Так и здесь. Никто не вышел, кроме меня и ЛДПР. Ровно в 9 утра я направил заявление о поддержке, наше заявление о поддержке заявления ГКЧП. И потом везде проверяю. Сидит Примаков, еще другие тусовка, говорю: «Вы на чьей стороне были 19 августа?». «Мы были за Ельцина». Ну где Ельцин и где вы? Они же все в могилу ушли, и Ельцин, и Примаков, и все остальные. Что вы получили от Ельцина? Вы встаньте на сторону Кремля, какая разница, кто там находится, Николай I или Керенский, или Ельцин, кто там. Кремль. Тогда Горбачев был. Но страну защищать, родину защищать. Под любым флагом. Вот у вас Академия Генерального Штаба, я буду настаивать, чтобы вернули историческое название – Императорская Академия, Николаевская Академия Генерального Штаба. Ну соединить историю, что мы разорвали ее? Царская одна, советская другая, ельцинская третья, сегодня четвертая. Ну так не бывает. Поэтому надо всё соединить. И чтобы понять, почему они так не смогли сделать что-то, почему армия в разгар войны выступает против верховного главнокомандующего, и царь едет в одном вагоне в Петербург, охвачена страна уже революцией, и война идет. И в одном вагончике, как турист, едет по территории, которая уже не контролируется чиновниками царя. Ты вперед поставь несколько бронепоездов, брось несколько дивизий на Петроград, а потом въезжай туда. А ты просто едешь семью повидать. Девочки корью заболели. Разве это мыслимо? Во время войны он бросает ставку, девочки заболели корью. Вот она, причина – слабость руководителя.

При советской власти были мощные руководители. Но неправильно был решен национальный вопрос. Если бы все средства бросили только в этнически русские регионы, в Центральную Россию, было бы хорошо. А те регионы развивались бы сами по себе, вот у них скотоводство, овощеводство, сады, ради бога, и не мешайте им, а всё было бы здесь, и они бы приезжали и смотрели, как сверкает. Чтобы вся страна была бы за сто лет, как Москва сегодня. Вот город-красавец. Вот он один, а так были бы все русские города, от Калининграда до Сахалина. Вот не сделали. Всё там сделали, заводы, фабрики, заводы, университеты, асфальт, газ. У них у всех есть газ. У русских до сих пор 40% без газа. Ну что хорошего? Нация же хуже развивается. Но принцип был какой? Мы идем семимильными шагами к коммунизму, и всему миру покажем, что мы дали полную свободу всем народам, и они даже создали свои государства, мы им помогаем создать язык, литературу, искусство, театры, всё, всё. А за какие деньги? А деньги возьмем с русских. Это вот неправильная формула развития. Царь, ведь он начал уже встречаться с партией «Союз русского народа». Он мог сделать на эту партию опору свою. Кадеты были против него, эсеры против, большевики против, все против. «Союз русского народа» был готов поддержать царя, но не успел. Потому что он уже себя исчерпал. Молодой царь, был бы азарт власти, он бы смотрел, за что ухватиться, чтобы остаться у власти. То же самое Брежнев. Всё уже, они уже насытились властью, сидят и ничего не делают. А ведь это было великое государство. 20% мировой экономики. Сейчас 2%. В 10 раз меньше. И Запад шел по пути – допинг, получить ресурсы из своих колоний. Весь мир был под колониями, Латинская Америка, испанские, португальские, Африку на всех разделили, Азия. Кроме России, ни одной колонии. И рабства не было у нас. Это хорошо? Плохо. И рабство нужно было пройти, чтобы рабовладелец научился управлять рабами. Управленческие функции. Вся Европа прошла это, Америка. Мы нет, мы добрые такие. Давай, иди работай, живи, где хочешь, в плен попал, ну что, тебе не повезло.

Хорошо, допустим, рабовладельческую стадию мы не прошли, сразу феодализм, крепостничество. Задушили сами себя. Но колонии-то надо получить. И из колоний черпать ресурсы. Я не говорю – оставить людей голодными в колониях, но вы у них заберите лишнее, они же производят лишнее, вы это лишнее у них оставляете, и отрываете у русских, еще даете. Ну и где страна? И это не были колонии, но нужно было ресурсы не направлять по национальному признаку, а развивать Центральную Россию, чтобы окраины имели тенденцию центростремительную, к центру. Когда вы развиваете национальные окраины, тогда тенденция центробежная, от центра избавиться. Вот они избавились, убежали от центра. Поэтому нужны знания, чтобы к власти приходили очень люди грамотные, очень образованные.

Допустим, 2014 год. Крым, очень хорошо. Великолепная операция. А Донбасс и Луганск. Кто принял решение остановить ополченцев? Они шли на Мариуполь. И националисты бежали с Мариуполя, большинство русские. В Харькове русские ждал наши танки, вся Южная Украина. То есть ополчение могло пройти всю Южную Украину до Тирасполя. А санкции были бы такие же, может быть, даже меньше. Потому что мы бы вышли на границу с Румынией, на границу со Словакией и даже с Германией. Это они бы не очень уже себя хорошо чувствовали. Сейчас они смелые, потому что мы очень далеко. Вот, видите, это проблема. В Пакистан не пошли, до Тирасполя не дошли. Царь не доехал до ставки, коммунисты подарили страну национальным регионам. Вот ошибки за 100-200 лет.

И Запад. Решили, что после свержения незаконно советской власти Запад нас воспримет как коллеги, товарищи, одна семья – европейская. Но мы же ничего не читали. Ельцин был хорошим прорабом, он строил дома. А строить государство – это совсем разные вещи. Они решили: всё, советской власти нет, коммунистов нет, мы европейская страна, давайте будем вместе. Так у Европы колоний больше нет, и у Америки, нужен допинг, надо колонизовать кого-то. Но большую страну, Россию, превратить в колонию невозможно. Значит, надо раздробить, чтобы были маленькие страны, 30-40, и оттуда ресурсы опять забирать для процветающей Европы и для США. А США заодно будет что-то из Европы получать. Пока мы самое независимое государство, мы единственная страна, где своя внешняя политика, то американцы пытаются Европу от нас оторвать, Западную. Почему? Она богаче. Она будет покупать сланцевую нефть, любые товары из Америки, деньги хранить в американских банках. Для этого надо Россию отодвинуть еще дальше. Вот украинский фронт. Пускай русские лет 30 воюют друг с другом, а Европа будет бояться, и тогда она будет больше соглашаться на удавку от США. Это, конечно, уже такие последние действия Америки. Если им не удастся покорить Западную Европу, как колонию нельзя, там приличные люди, никто не согласится, но экономически. Вот сейчас они выходят из Договора РМСД. Ракеты малой и средней дальности. И дают заказ американскому оборонному сектору эти ракеты производить, они получат деньги. Значит, оборонный сектор заработает. А мы будем вынуждены тоже это делать, поскольку 30 лет назад мы уничтожили взаимно: они свои ракеты вывезли, мы свои, у нас только межконтинентальные. А в Европе нет ничего. Теперь они поставят американские ракеты, мы наши. Американцы заработают снова деньги. Видите, везде бизнес – деньги, деньги получает Америка, выигрывает, потому что надо много-много ракет. А Европа испугается русских, русские ракеты, и будет подтягиваться к Америке. Ей скажут: покупайте наш газ, деньги к нам направляйте, и так далее, так далее. Евро рухнет, доллар опять поднимется. Вот проблема. А мы решили, что всё, они нас ждут, и не понимали, что в восприятии последнего слоя советских чиновников не было экономической составляющей. Была только идеология. Вам не нравится советская власть, КПСС, КГБ, убираем всё, советская армия, всё убираем. Им страна нужна, территория, ресурсы. Это они не понимают. Потому что у нас же всё есть, а у них-то нет, имеется в виду в Европе и так далее. И на это и Ельцин проиграл. Сейчас мы всё делаем правильно, но намного сложнее. Нам приходится, нас заставят убивать русских на Украине, если начнется более широкий вооруженный конфликт. Мы же не можем выделять: украинец, русский, венгр, как? Нужно уничтожить воинскую часть, а там большинство будут не украинцы. Ибо они не хотят служить в украинской армии, они все убегут в Польшу, в Европу. Ведь не зря же Порошенко ввел военное положение только в 10 регионах. Это Новороссия, там, где живут русские, Донецк, Луганск, Запорожье, Николаев и так далее, вся Юго-Восточная Украина. Вот это проблема.

Я хочу высказать свою позицию и по пенсионной реформе.

Неизбежно повышение пенсионного возраста. Но мы опять делаем в таком состоянии, когда люди устали, мало денег у них, теперь еще надо больше работать. Вы с удовольствием получите увеличение пенсионного возраста, с удовольствием останетесь: преподаватели, чиновники, они только рады будут. Да и все мужчины, которые находятся не на тяжелой работе, как шахтёры, дальнобойщики, летчики, им, конечно, не выгодно увеличение, а чиновники будут счастливы. И это не всё еще, подождите, обязательно доведут возраст до 70 лет, к 2050 году. А в конце года вообще понятие «пенсия» уйдет. Потому что дайте возможность гражданину самому формировать свою пенсию. Вы бы давно сформировали свою пенсию, какую вы хотите. С первого дня трудового дня вашего вы бухгалтеру говорите: вот 3% моего оклада, жалования, зарплаты — вот эту пенсионную кассу. И при достижении пенсионного возраста пенсионная касса, он начинает платить. Какая разница, бюджет? Сейчас мы даем уже 3,5 миллиона в пенсионный фонд. Ведь смысл нашей системы пенсий, что новое поколение содержит старшее поколение. Но когда их 4 работающих, пенсионеров один, хорошая формула, 3 – 1, еще можно, 2 – 1, сейчас один к одному. Вот 52 миллиона работают, и 40 миллионов пенсионеров. Тогда нужно согласиться с тем, что сохраняется старый пенсионный возраст, пенсия будет меньше. Тогда люди выйдут на улицу. Власти должны понять. Вы должны хоть чем-то накормить солдат, голодные, они вас снесут. Поэтому из двух зол выбирается меньшее. Продлевается пенсионный возраст, но пенсия не уменьшается. И она касается тех, кому сейчас 50 лет в основном, 45. Те, кто в 2019 году выйдут на пенсии, там разница всего полгода, он выйдет на пенсию не в январе, а в июле, это особенно его не колышет. Это постепенно будет идти. Но я говорю еще раз: у нас формула развития страны осталась от социализма, когда всё делает государство. А государство все источники доходов передало частному сектору. И вот конфликтная ситуация. Частник не будет заниматься пенсионерами, а государство не получает тех доходов, на которые можно содержать 40 миллионов пенсионеров, а плюс еще остальные категории. Ведь работает реально (по-настоящему) 10 миллионов. А нас 110 миллионов – возраст совершеннолетия, с 18 лет и до глубокой старости. 100 миллионов что делают? Они же не производят ничего. Они нужны: армия, наука, врачи, учителя, но реально на производстве всего 10 миллионов. Как им накормить один десятерых? А тут еще пенсионеры, они вообще ничего не делают. Ведь все работают, 100 миллионов, но кто производит материальные ценности? Их каждый десятый. Но они нужны. Я уже говорил: армия, наука, врачи, связь, все чиновники, они нужны. Но легче всего, конечно, государству сделать какое-то движение вперед за счет или детей, или стариков. Но дети - это будущее страны, государство старается беречь, потому что они потом отомстят. Естественно, за счет старшего поколения. Поэтому бесполезно обращение в Конституционный суд. И здесь власть выбрала из двух зол меньшее. Но почему сейчас делают? Потому что у президента последний срок, всё. Он досидит, а новый президент скажет: «Это без меня было». Он еще в предвыборной кампании скажет: «Я понижу пенсионный возраст», и выиграет выборы, и ничего не понизит. Поэтому это проблема. Мы с опозданием идем по пенсионной реформе.

Отношение к возможной передаче Курильских островов Японии. Вот здесь по Курильским островах, конечно, опять не доработали. Опять Сталин испугался. Во-первых, зачем громить Квантунскую армию? Пусть стоит в Маньчжурии, китайцам меньше достанется. А американцы пусть высаживаются на острова, армия-то на континенте, а они пускай там высаживаются. Посмотреть нужно было, как сделать лучше. Но нам нужно было, конечно, возвращать. Если бы мы не приняли участие в разгроме Японии, мы бы не получили обратно Южный Сахалин, Курилы и так далее. Поэтому сейчас, оглядываясь назад, можно разные давать варианты. Но тогда вот так решили. И Курилы, конечно, наши. Если мы отдадим, то это пользы никакой не будет, это проявление слабости. Империя берет, отдают республики. Вот мы республика. Мы отдали китайцам в районе Хабаровска, остров большой, там еще какое-то китайское название. Потом у нас есть Выборг, финны мечтают, снова чтобы появилась вывеска – город Виипури, финский город. Отдавать нельзя. Но, возможно, разговоры ведут в том плане, что давайте вести переговоры. Решили поймать японцев на том, что декларация 1956 года, там обещали два острова, они не захотели. Сейчас вроде начинают, давайте хотя бы два. Но после того, как два дадим, еще два. Это ведь такая вещь, что для России нужен только силовой вариант. Мы выигрываем, когда мы действуем как лев, как тигр. Когда как зайчик, косуля, белочка, мы проигрываем. Империя должна двигаться. Мы сдаем территории. Сколько мы сдали территорий? У нас было 23 миллиона, сейчас 17. Шесть миллионов квадратных километров. У нас границы с XVII века, а Ельцину памятники поставили. Вот что за страна? Он отбросил страну на 300 лет назад, ему памятники, улица, фонд, музей, библиотека, еще что-то будет.

Я бы хотел ещё сказать, что главную роль в истории человечества играет личность, а не народные массы. Вот большевики сделали ставку на народные массы и проиграли. И рабочие не вышли их защищать, и крестьяне не вышли, и германские коммунисты не помогли в 1941 году, и так далее. Личность играет роль. Всё аккумулируется в ней. Партии нужны, это форма избирательных технологий.

По идеологии. Нужно дать какой-то имперский дух, внедрить в сознание людей, защитить русских, и создать какой-то вариант конфедерации, хотя это звучит не очень приятно для уха. Но проблема в том, что страна левая, и больше ориентация на социализм. И на этом мы в очередной раз проиграем. Нам нужен именно правый уклон, но не нацистский, как на Украине «Правый сектор», а правый уклон с точки зрения, вот «Русский мир». Чем вам не нравится идеология? Значит, восстановим «Русский мир», защитим «Русский мир». Но идеологию не может партия навязывать, ей это не позволят, она должна сперва правящей, потом она будет какую-то идеологию пытаться внедрить. И, наконец, почему только мы с вами упираемся, чтобы была идеология? Ну почему у немцев нет никакой идеологии, у французов, у британцев. Вот у британцев – выйдем из Евросоюза. Что, это идеология? Это действие. Войдем в Евросоюз, выйдем. Поэтому нет ни у кого. Вы понимаете, что такое идеология? Это значит, всех снова превратить в стадо, и пастух с кнутом идет и говорит: «Мы придем к какой-то мечте». Опять зародить мечту. «Ребята, потерпите 20 лет, мы построим капиталистическое общество». Мы привыкли с вами к этому. Русская душа поэтическая, особенно этой колбасой ее не успокоить. Это вот проблема. Русским надо простор. Что погибает «Варяг», немцы сдали, уходим в плен, забирайте корабль, русские – всё, как там песня, врагу не сдается наш гордый «Варяг», и уходит, пучина смыкается. Никто этого не сделает, даже японцы, никто не сделает. Вот такой русский народ герой. Тогда нужно давать ему героические дела. Героические дела – война, это вы должны нам дать победы военные. Освободить всю Украину, восстановить границы хотя бы Советского Союза, до конца зачистить Ближний Восток, ворваться в Афганистан, что-то сделать. Это вдохновит. А в мирной гражданской жизни чем вдохновить? Новые стиральные машины? Да пропади они пропадом. Чем сейчас можно вдохновить в гражданской жизни? Вот сейчас 200 лет Тургеневу, ну и что, «Муму» будем вспоминать? До сих пор миллионы людей кого считают главным героем этой повести?

Барыня – главный герой. Вот Чистые пруды, дом ее стоит до сих пор, никакого Герасима нет, и Муму все сдохли, дом барыни стоит, она построила, жила там, а Герасима взяла из крепостных из деревни, чтобы он дворником был у нее. И этот лай собачий ее раздражает. Многих раздражает чужая собака, своя, может быть, нравится, а чужая нет. Вот, в чем страх идеологии, когда уже нет ни Тургенева, ему 200 лет, ни Муму, ничего нет, а у людей всё Герасим, Герасим. Какой герой глухонемой дворник? В чем героизм? Вот есть музей Столыпина, у вас учился, есть великие наши инженеры, конструкторы, Зворыкин и так далее. А тут вот Муму. Или Солженицын. Он сам читает свои произведения, и всё плохое же, и «Красное колеса», и «Раковый корпус», «Матренин двор», ничего же оптимистического нет, 100-летие его. Вот Муму и ГУЛАГ, вот, что мы имеем сегодня в сфере культуры. И этот репер, которого арестовали, потом выпустили, как его? Хаски. Вот взял парень, что-то поет, немножко намеки на наркотики, всё, в тюрьму посадили. Это же идеология. Статья 282 сегодня идеология России, разжигание национальной розни. Ах, ты за русских, в тюрьму. Социальная рознь, вы там про пенсионеров всё думаете, а про чиновников не хотите, у вас античиновнические настроения, в тюрьму. И вот этот Хаски, что ты там поешь, тебе не хватает наркотиков, в тюрьму. Вот идеология, тюремная. При царе в тюрьму, при советской власти в тюрьму и сейчас. Нам нужно от этого отойти. Идеология – либерализм, свобода. И весь мир живет в условиях либерализма, и не спрашивает никто идеологию. Либеральная экономика, каждый занимается, чем хочет. Либеральные выборы, только честные, никакой подтасовки. Либеральная пресса, хотя уже у них искажения есть, мы видим по CNN. Либеральные суды, где вы можете обратиться, и вас могут защитить, но при этом у кого больше денег, он все равно переиграет вас. Но, тем не менее, суд больше станет на защиту человека, хотя и там сидят 25 лет, потом выясняется, что не виноват. Мужик вышел, по-моему, 45 лет отсидел по ошибке за какое-то изнасилование, через 45 лет выходит, говорят: «Да ты не виноват, мы тебя выпускаем». Свободная идеология, либеральное правосудие. Девочка пожаловалась, и мужик 45 лет отсидел. А, оказалось, он не виноват. Вот либерализм в пользу девочки, а мужику всю жизнь испортили. Но, тем не менее, граждане голосуют. Посмотрите сами: там, где нет идеологии, очередь в Евросоюз. Там, где у нас была идеология, вырывались с треском, только бы убежать. Это вот опасно. Я понимаю вас, когда вы хотите идеологию, с ней легче. Как понимаю верующих: пошел, помолился, открыл Коран, открыл Библию, открыл Тору, почитал, тут всё написано, священник тебе всё скажет, все грехи твои отпустит. Это же легко, верующим легко. Алкоголикам легко: выпил, всё хорошо, тихо, спокойно. Трудно человеку, который нормальный, но у него только зарплата, на нее особенно не разживешься. Ведь раньше все мечтали стать олигархами, сейчас нет, чиновниками. И даже на маленькую зарплату идут, потому что он знает, что у него будет другая зарплата. Вот идеология – стяжательства, идеология коррупции. Поэтому я согласен, может быть, надо будет на каком-то этапе ее выработать. Но если мы встанем на идеологию антилиберализма, как у нас некоторые проповедуют: ой, эти либералы, это плохо, все традиции нарушили, то, другое, третье. Ну я не знаю, зато, посмотрите, у нас традиция – сотни тысяч матерей-одиночек. Это что, традиция что ли? Детские дома только у нас. Это традиция? И 13 миллионов инвалидов, каждый 10-й в стране это инвалид. Без войны, это вот после обычной гражданской жизни. Поэтому иногда бывает, что традиции и не очень хорошие. Хотя, я согласен, мы любим погулять, мы умеем работать, мы всё можем, но наступило новое время. Цифра пришла в экономику, в идеологию, в молодежную среду. А цифра говорит: «Не хочу я вашей идеологии, не хочу формат». Вот сегодня академия, вы учитесь здесь. Я уверяю вас, гражданские вузы скоро рухнут. Они дома будут всё учить, они дома быстрее всё узнают, у них смартфоны, планшеты, что ему идти в вуз, преподаватель пришел, что-то пробубнил, ушел, полдня. И он за два-три часа узнает больше. Поэтому вузы будут сворачиваться в перспективе, не сейчас. Партии будут сворачиваться. Дома голосуйте. Тотальный референдум. Уже бы сейчас избрали губернатора Приморья. Что вы полгода не можете избрать? Формалисты, бюрократы, чиновники, миллиарды тратят. Пусть проголосуют жители Приморья, назовите фамилии, кто. Вот, всё. Не надо идти на избирательные участки, подтасовывать, драться, шуметь. Не нужны комиссии. Вот на табло будет висеть пять фамилий. И чем больше голосов будет, вот он победил, он губернатор. В течение получаса всё будет ясно. Месяцы и годы уходят. Вот, куда уходят деньги.

Многие говорят надо строить заводы. Их строят, просто плохо показывают информацию об этом. Очень много новых предприятий, но там очень мало рабочих мест. Если раньше тысячи работают, сегодня цех – 4-5 инженеров в синих халатах, машины работают. Поэтому строительством новых заводов мы не создадим эти новые рабочие места. Вот почему не идет малый бизнес? Нужно смотреть на причину. Как управляет государство, на что опирается власть. На что? На вас, на силовиков, как одна из причин. Молодые люди хотят жить красиво. С какой стати они будут вкалывать за советскую зарплату? Я лейтенантом был, зарплата 200 рублей. Я жил на 100, 100 откладывал. Молодой человек, я должен был истратить все эти 200, это 20 тысяч сегодня, так я откладывал на мебель. Машину продал, в кооператив вступил. Что хорошего, когда вся жизнь уходит на квартиру или на машину? Царь не успел опереться на русский народ, советская власть не успела. Сейчас в экономике государственный сектор, конечно, нужен, я согласен, строить нужно. Но частный сектор губят чиновники, они его нещадно доят каждый день, и он не может. Если вчистую, честно работать, он не сможет, ему не хватит денег. Не хватит дохода. А поломать всё это, это надо уволить всех чиновников всех силовиков, и государство рухнет. Вот этого многие не понимают. Государство на кого-то опирается. Из двух зол надо выбрать меньшее, сохранить страну, опираясь на жуликов, коррупционеров, неумехи эти чиновники, но страна есть. И мы ждем, что растет новое поколение. Или мы сейчас зачистим всех, как вы хотите, я с вами согласен, но как управлять, вот, в чем дело. Вот опять социалистические чиновники, они не могут превратиться в капиталистических. Они не понимают, что такое малый бизнес. Они знают – чиновник.

Я хотел поступить в Московскую коллегию адвокатов. Подал документы. Дефицит тогда был, потому что юридических коллегий мало. Кадровику отдал документы, прихожу через месяц. Ну, говорит: понимаешь, надо ждать, ждать надо. Я думаю, надо ждать, в смысле глагол «ожидание». Через месяц прихожу. Надо ждать. А потом мне объяснили, ты его не так понял – надо ж дать, дать надо. Потому что-кабинет-то один, один на один я пришел, он мне и говорит: «Надо ж дать». Надо было конвертик положить, пару тысяч на стол, вот это уже – вот, консультация у Павелецкого вокзала, поезжай, ты принял в члены коллегии. Я не понимал, я был наивный, я был честный. Поэтому коррупция всегда была. При царе. Я имею в виду по молодости, в те года, и сейчас честный, но я тогда не мог понять этого (смех в зале), в чем дело, что они хотят от меня. Я не знал, что надо давать взятку. Надо дать, и я бы работал бы, как и вообще по всем другим направлениям. Я поступил в вуз, а другие за взятки поступили. Если взятки человек берёт, его надо выгнать и всех, кто взятки берёт выгнать. А с кем остаться, вот, проблема. Замены-то нет сразу. Если в армии вы можете заменить личный состав, одну часть разогнали, другой части эти задачи передадим. Академию какую-то разогнали, другая академия есть. А класс чиновников, мы не можем из-за границы его взять. Поэтому мы оказались в таком состоянии. Посмотрите, Европа убрала границы, почему? Новая экономика не терпит границ, развиваться нельзя, если кругом таможня, граница, таможня, граница. Убрать всё, единая Европа. Мы всю страну СССР, наоборот, граница, таможня, граница, таможня. Ну как может быть экономика такая? Деньги везде, там евро, у нас везде тенге, манат и прочие, 15 единиц названий денежных. Мы всё наоборот сделали. И в этом плане сегодня власть-то в тупике. Допустим, керченский кризис. Как я бы решил. Дал бы команду уничтожить все катера украинские. Вот полностью уничтожить. И уничтожить стоящие в Одессе в порту, там последние остались корыта. Полностью уничтожить, нет военно-морского флота. И Порошенко бы заткнулся. Он бы побледнел. И следующий этап, я бы сказал: все дивизии ваши Вооруженных сил Украины будут уничтожены. Когда создали дивизию «Галичина» при Гитлере, то она, как только столкнулась, первый бой, с советской армией, 27 минут прошло, и дивизии нет, разбежались, нет, воевать не хотят, не умеют. Порошенко спрашивает своих силовиков, Аваков, МВД, и другие: «Сколько продержится украинская армия?». Они говорят: «Два-три дня». Нет, 27 минут продержатся. Как и при Гитлере. Потому что они такие же, та же «Галичина». Поэтому здесь стиль. А стиль, он дается из происхождения. Происхождение КПСС. Почему выходцы КПСС, им сегодня тяжело? Совершенно другая обстановка. КПСС была правящая партия, и КГБ, и все структуры всё держали. Сегодня этого нет, сегодня же демократия. И поэтому, когда одна партия, то тяжело было подняться людям с другим мнением. Наверх шли подхалимы, приспособленцы. Вот они все ползли наверх, молчали, молчали. И потом появился Горбачев, что с него брать, он случайно оказался Генеральным секретарем. Но к нему подобрали ключи через коррупцию. А почему через него? Его выбрали как главного коррупционера. Почему? С юга. Санатории, туда приезжает Юрий Владимирович Андропов, по болезни своей почек, он стол накрывает, первый секретарь Ставропольского крайкома. Ну стол ломится, ухаживают, впереди бежит, сзади бежит, сбоку, а на отдыхе Генсек, конечно, ему приятно. А он еще не Генсек был, председатель КГБ. Он молодой, энергичный. Всё. То есть Андропов его смотрел, и иностранные спецслужбы присмотрели жену. Жена любит украшения. Он едет в Италию, 1972 год, еще далеко до Генсека, и там она покупает всякого рода украшения. А кто платит? Платят специальные структуры, чтобы потом сказать: а вот сколько вы накупили. Южная Корея, прямо в аэропорту 100 тысяч конверт давала, президент Южной Кореи. То есть коррупция – это тоже институт управления, а ею поражена вся планета. Потому что это была возможность успокоить чиновников. Успокоить тех, кто работает, принимает решения. Потихонечку их арестовывают, сажают, но она остается, коррупция. Новый-то снова берет, понимаете, в чем дело. Поэтому какой инструмент для борьбы с коррупцией? Многопартийная администрация, чтобы были представители разных партий. Вот в Смоленске наш губернатор Островский, он взял замов одного из «Единой России» и одного от КПРФ. Тишина. На уровне губернатора никакой коррупции. Что не перенять такой опыт по всей стране? Не хотят. Почему не хотят? Мы же добились, опыт есть. Сейчас победили во Владимирской области, победили в Хабаровском крае. У нас силой отобрали Оренбургскую область, Амурскую, Тюменскую и Хакасию. Сейчас бы у нас было 7 губернаторов. Вот либерализм в том, что если бы был у нас настоящий либерализм, уже было бы 7 губернаторов ЛДПР. В перспективе было бы 10, 20, 30. Но у нас усеченный либерализм, как был усеченный социализм.

Теперь перейдём к международной политике. Турок обидели тем, что 50 лет их не принимает Евросоюз. Естественно, им выгодно как-то компенсировать это всё. И разразившийся кризис, я сам встречался с Эрдоганом, я ему говорил: «Лучше вы будете с нами во втором вагоне, вместе с ядерной державой, чем вы в последнем вагоне Евросоюза, вы там никому не нужны, даже если и примут». То есть я его этим брал, что я бы на его месте лучше организовал бы союз трех государств: Москва, Анкара, Тегеран. В перспективе Дамаск и Багдад. То есть там абсолютно непримиримые противоречия. Приблизительно как у нас Карабах. Ни армянам отдать нельзя, ни азербайджанцам. И те, и те не признают друг друга. Так и здесь. Израиль и Палестина, не признают друг друга. Палестина считает незаконное образование Израиль, и Иран поддерживает ее в этом. Иерусалим Палестина считает своей столицей, Израиль не считает. Поэтому мы можем и должны сотрудничать со всеми, вступать в переговоры со всеми странами. Но нам надо помнить, что в любой момент нас могут предать, переметнуться туда, где кто-то другой даст больше. Поэтому нужно быть очень внимательными и бдительными. Вот опять элемент коррупции. Ведь коррупция – не обязательно деньги в карман положить, вот вступление в Евросоюз – это и будет коррупция. Например, на месте Трампа я был бы недоволен, что турки покупают у русских С-3400. Я говорю: «Реджеп Тайипович Эрдоганов, Реджеп, дружочек, давай, ты у русских не бери С-44, покупай мои «Патриот», но ты будешь членом Евросоюза». Всё, тут же переметнется. Поэтому Ближний Восток – это вечная проблема. Вьетнам закончился, всё. Когда-то Корея закончится, они объединятся. Тайвань вернется в Китай. Ближний Восток – вечная война. И это сделали для чего? Сделали несчастный еврейский народ Израиль, специально создали государство на вот этой территории, чтобы качать эту ближневосточную нефть, газ и так далее. Чтобы был контролер, надсмотрщик. Но надсмотрщику выгодно, когда маленькие государства. Вот Ирак раздробили практически на три государства. Сирию хотели поломать на три-четыре государства. Турцию в перспективе поломают хотя бы на две – курды и турки, а, может, и армянам что-то достанется. То есть задача США – сделать Ближний Восток вот таким лоскутным одеялом, маленькие государства, и все друг с другом воюют, сунниты, шииты, арабы, персы, алавиты, кто угодно, но воюйте, вам всем дадут оружие, продолжайте убивать. И господствует Израиль, его авиация будет только в воздухе, всем остальным будет запрещено, его военно-морские силы. И желание территорию расширить, от моря и до моря, чтобы от Средиземного моря через часть Сирии, Ирака выйти к Индийскому океану. То есть большое сделать государство. Вот они заработают и купят земли. Бедные арабы за эти деньги уйдут, расчистят территорию, так сказать. Сперва сверху бомбят, потом снизу раздают деньги, которые получили за бомбежку. Поэтому Ближний Восток – это на все времена. Поэтому если вы хотите быть специалистами по Ближнему Востоку, учите турецкий, арабский, персидский, в лучше всего – только родной русский, и побольше изучайте новую русскую технику, чтобы нас боялись и уважали. Это задача офицеров Генштаба.

Комментарии (0)
Только авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите или зарегистрируйтесь.
Член фракции ЛДПР в Государственной Думе РФ Дмитрий Савельев считает, что комплексное снижение цен на энергоносители обеспечит конкурентоспособность российских продуктов и их доступность для потребителей