Либерально-демократическая партия России
Понедельник, 19 Ноября 2018
ЛДПР
---

Выступление на пленарном заседании 20 июня 2018 года с политическим заявлением по отчету о работе Счетной палаты Российской Федерации в 2017 году

20 Июня 2018 12:44 | 28581

12.44 – 12.51

Катасонов С. М. 

В 2017 году Счётная палата работала ещё эффективнее, чем в 2016 году, в прошлом году я, когда выступал, хвалил Татьяну Алексеевну и говорил, что так и будет: практически в 2 раза больше вернули средств в бюджет, на 10 миллиардов, в полтора раза больше проверили субъектов, ну, я не имею в виду наши региональные субъекты, я имею в виду объекты, которые занимаются капитальным строительством.

Счётная палата — это, мы считаем, наш орган, орган парламентского контроля, и, несмотря на то что сегодня новый руководитель, все аудиторы назначены нами ранее, и я считаю, что они работали и будут работать очень успешно. Наверное, вопросы, которые сегодня ставят фракции и о которых я буду говорить, являются концептуальными, они не касаются конкретно 2017 года, хотя такие элементы мы тоже можем увидеть.

О чём, на мой взгляд, нужно сказать? Всё-таки мы Татьяну Алексеевну запомнили как достаточно эффективного менеджера, мы её очень любим. Алексей Леонидович, надеемся, что и к вам у нас будут чувства, которые будут определяться такими понятиями, как прагматизм, революционизм, революционность...

Первое, о чём хотелось бы сказать. Значит, мы буквально три года назад предложили предоставить дополнительные полномочия Счётной палате, чтобы вы могли выписывать предписания, оформлять штрафы, — да, этот процесс пошёл, но, я думаю, надо идти дальше. Я считаю, что, так как вы орган парламентского контроля, вполне возможно говорить о необходимости придания решениям Счётной палаты статуса судебных решений. Что касается уголовной ответственности — пусть это определяет суд, пожалуйста, но то, что проработали аудиторы Счётной палаты, квалификация которых, я считаю, на несколько порядков выше уровня районных судов, я думаю, должно иметь статус судебного решения. Это первое вам пожелание, куда нужно двигаться.

Следующий момент. Много вопросов и на заседаниях фракций, и сегодня здесь задавали о бюджетном правиле. Значит, бюджетного правила может не быть: все средства в экономику, новые рабочие места, рост ВВП и так далее — это первая модель. Вторая модель — это наша модель: ровно половину сегодня мы отправляем на ту подушку, о которой вы нам сегодня рассказывали. И есть третья модель, как, например, в Норвегии, где 100 процентов нефтегазовых доходов идёт в фонд. Имеется три модели, и, Алексей Леонидович, все они имеют право на жизнь, нельзя сказать, что должна быть, допустим, только одна, они все имеют право на жизнь, они существуют. Вопрос в другом, и мы ставили задачу в прошлом году, фракция ЛДПР об этом говорила, и, кстати, председатель палаты обратил на это внимание: вы нам покажите эффективность, вы докажите, что именно такая модель для России оптимальна.

У меня простой вопрос, я вам на заседании фракции его задавал: сегодня фонд Норвегии — 1 триллион долларов, 100 процентов туда уходит, доходность за прошлый год — 13,7 процента, а доходность наших 5 триллионов рублей — минус за прошлый год. Вот можно о разных моделях говорить — все средства в экономику, половину, 100 процентов в фонд, — но минус-то как может быть?! Мы же вот с этим вопросом обращаемся к Счётной палате: вы нам объясните, почему норвежский фонд сегодня имеет диверсифицированный портфель, как все коммерсанты, — часть в акциях, часть в недвижимости, часть в ценных бумагах?.. Ну давайте возьмём то, о чём вы говорите, — кислородную подушку! Почему Норвегия зарабатывает на долговых обязательствах стран 3,3 процента, а у нас минус? Почему она держит 250 миллиардов рублей в акциях наших компаний — Сбербанк, "Сургутнефтегаз"? Посмотрите, какие дивиденды и какую прибыль даёт Сбербанк, — ну почему там нет нашего фонда? Ну это же непонятно! Почему по недвижимости у неё там доходность 7,5 процента, итого — 13 процентов?

Смотрите, если у нас это бюджетное правило сохранить, 7 процентов ВВП, ну, пусть это будет даже 10 триллионов, то при такой доходности, как в Норвегии, получается 1,5 триллиона, а 1,5 триллиона — это как раз половина дефицита Пенсионного фонда. А у нас так: у ФНБ по деньгам пенсионеров отрицательный результат по доходности — мы повышаем пенсионный возраст. А как мы это людям-то будем объяснять?! Значит, это о чём говорит? Это говорит о неэффективности работы тех людей, которые сегодня управляют этими средствами, поэтому в прошлом году мы давали поручение, его подписывал руководитель фракции: дайте, пожалуйста, оценку эффективности!

Следующий момент — революционный. Что мы предлагаем? Ну сколько уже мы здесь говорим о закредитованности субъектов!.. Вы посмотрите на ту фантасмагорию, которая сегодня творится в субъектах: у них профицитные бюджеты; им нечем выплачивать заработную плату — они все сделали профицитные бюджеты! Значит, мы не сможем, я уже так понимаю, доказать правительству, что нужно честно распределить налогооблагаемую базу между субъектами и федеральным центром, ну не сможем, мы 20 лет объясняем, что у них не хватает тех налогов, которые мы даём, — у меня к вам предложение: давайте 100 процентов отдадим в федеральный бюджет, вот 100 процентов всех налогов давайте отдадим в федеральный бюджет и будем финансировать субъекты по смете! Ну есть же примеры: в Италии решение парламентского органа имеет такой же статус, как судебное решение, во Франции все средства уходят в федеральный бюджет. Вы финансируйте субъекты по смете, а что касается развития региона, вот тут уже остаток средств можно через бюджетные кредиты давать — пожалуйста. Какое-то коммерческое предприятие в субъекте — пожалуйста, пусть берёт коммерческий кредит, но сегодня субъекты, фактически главы регионов — это кассиры, они просто раскассируют деньги! Ну это же смешно: губернатор пытается зарезать всю инвестиционную программу, чтобы выплатить зарплату врачам, учителям и так далее, — ну вообще несерьёзно! Вы пришли — давайте, вот это как бы второй революционный вопрос, который нужно решать.

Следующий момент. Вчера Владимир Вольфович очень ярко и чётко говорил об огромных претензиях к ЦБ, ЦБ имеет убыток. Объясните мне, почему крупнейший частный банк за прошлый год заработал 30 миллиардов рублей за счёт хранения наших бюджетных средств? То есть частник может заработать средства на остатках, причём это короткие деньги, их дают под реализацию программ, он их просто держит, а ЦБ не может? Значит, нужно ЦБ включать в число проверяемых, контролировать не только АСВ, о чём сегодня спрашивали.

И по поводу субъектов ещё хочу сказать. Нужно иметь возможность контролировать бюджетные средства не только федеральные, но и субъектовые, идти дальше, потому что, как только мы передали субсидии частной компании, — всё, дальше мы уже ничего не видим, эффективность — ноль!

Есть у нас ещё предложения, но, к сожалению, не успели, в следующем году мы с вами ими поделимся. Всего хорошего!

 

 

Комментарии (0)
Только авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите или зарегистрируйтесь.
На протяжении нескольких десятилетий Владимир Жириновский делает уникальные исторические выводы, касающиеся судьбы России, ее государственного развития и процветания. Лидер ЛДПР анализирует факторы, которые способствуют превращению нашей страны в сильное и могущественное государство, а также помогают возрождению русского народа