Либерально-демократическая партия России
Четверг, 19 Января 2017
ЛДПР
---
Регион

Выступление на пленарном заседании 7 декабря 2016 года по законопроекту о Налоговом кодексе Российской Федерации на 2017–2019 годы

7 Декабря 2016 19:10 | 230

Катасонов С.М.

На самом деле законопроект, который мы с вами рассматриваем, имеет стратегическое значение. Дело в том, что здесь по нескольким параметрам идут, скажем так, нестыковки с тем, что нам заявляет президент. Итак, чтобы вы понимали, я хочу сообщить о тех цифрах, которые мы реально должны получить.

Первое. 18 тысяч — тот вычет, который предлагает правительство сегодня, предлагается применить для тех структур, которые вообще никогда не имели кассового аппарата, таких у нас два с половиной миллиона, это те, кто применяет патентную систему и ЕНВД. Я вам напомню, что Владимир Владимирович Путин, ещё будучи премьер-министром, освободил такие виды деятельности от использования контрольно-кассовой техники. Мы сейчас не только возвращаемся к этому, мы вводим систему онлайн, то есть это будет кассовый аппарат совсем другого уровня и никак он 18 тысяч стоить не будет. Во-первых, это другая машина, во-вторых, там нужно будет заключать договор с оператором фискальных данных (то есть у нас будет коммерческая структура типа "Платона", которая будет это аккумулировать), в-третьих, будет фискальный накопитель нового образца, то есть, по расчётам специалистов, такой кассовый аппарат будет стоить в размере 35 тысяч рублей.

Вот мы в прошлом созыве — я сейчас пытаюсь высказать всё-таки достаточно системную позицию — с депутатом Кашиным от КПРФ обращались в налоговую инспекцию, запрашивали данные. Я вам могу сказать, что общий объём налогов, который мы получаем от такой категории, как работающие по патентной системе и ЕНВД, — 83 миллиарда рублей, то есть 78 миллиардов рублей — это то, что получено от ЕНВД, и чуть меньше 5 миллиардов составляет доля патентов. Стоимость кассовых аппаратов, которые они приобретут, тоже 83 миллиарда. То есть вы должны чётко понимать, что реально деньги, которые будут потрачены на кассовые аппараты с онлайн-режимом и которые будут храниться у коммерческого оператора, никакой роли с точки зрения доходов играть не будут, это будет ровно та же сумма. Мы получаем дополнительную нагрузку на бизнес — причём на бизнес, который никогда этим не занимался, — в том объёме, в котором он сейчас платит налоги. Вы раздел и ў те эти 83 миллиарда на количество структур — у нас их два с половиной миллиона, — и у вас получится ровно 33 тысячи, то есть один, скажем так, хозяйствующий субъект платит эту сумму.

Ну, я понимаю, если бы сегодня Минфин пришёл сюда и просил эти деньги в бюджет, 100 миллиардов, — я это понимаю, но мы-то кому эти деньги отдадим, Илья Вячеславович? Ну никак не в бюджет — ну что это такое? Мы как начинаем об этом говорить, всё время какие-то схемы...

Дальше. Мы пишем в налоговую инспекцию: оцените, пожалуйста, сколько в результате мы получим дополнительно. (Кстати, такой опыт есть в Казахстане, там эту тему начали разрабатывать и бросили, остановили, Илья Вячеславович.) Ответ налоговой инспекции: в четырёх регионах — Московская область, Татарстан, ещё два — провели эксперимент, увеличение доходов целью введения данного новшества не является — вот и всё. То есть получается, что вы, Илья Вячеславович, хотите получить тотальный контроль, — я не против, но только не за счёт хозяйствующих субъектов, это, кстати, запрещено, по нашему законодательству осуществлять государственный контроль за счёт средств субъекта запрещено, а вы это вводите.

Кроме этого, что делать с теми полутора миллионами налогоплательщиков, у которых стоят эти кассы? Мы о них-то вообще молчим! То есть эти 35 тысяч — это разовая покупка для этих полутора миллионов, это раз, вычетов у них не будет, так как кассы новые, да ещё ежегодно, по расчётам, где-то 15—16 тысяч — постобслуживание.

Выпадающие доходы субъектов. Ну, если примерно посчитать от половины стоимости, 18 тысяч, — 45 миллиардов субъекты потеряют, если, конечно, такой вычет будет.

Дальше — больше. У нас с 1 января начинается замена касс у тех, у кого они есть, и продолжается до 1 июля 2017 года, а потом до конца года — у других, у кого их нет. Итого надо за этот год поставить четыре миллиона кассовых аппаратов — четыре миллиона! У нас больше восьмидесяти тысяч в месяц сроду никогда не было, у нас промышленности нет такой!

Вот я и удивляюсь — для чего это? Получается, только для того, чтобы получить объективную информацию, при этом деньги — достаточно большие — получит оператор фискальных данных. Вот, по вашим оценкам, сколько он получит? Вы нам говорите: он будет тысяч шесть брать с них в месяц. А я вам скажу другое. Сейчас у нас налоговая декларация по НДС сколько раз подаётся? Четыре, и это не онлайн! И если налогоплательщик в среднем четыре раза в год обратится — да там под 10 тысяч выйдет! Ну это же реальный бизнес! А здесь, онлайн, каждый день у него эти чеки вылетают, и сколько это будет стоить? Причём все эти деньги уйдут не в бюджет, все эти деньги уйдут коммерческой структуре.

В общем, по данному законопроекту, раз уж вы сегодня вышли с ним, у нас серьёзнейшие замечания — и по возможности оснащения, и по необходимости, и по отсутствию этих средств реально в бюджете, и по дополнительным нагрузкам... Вопросов столько, Илья Вячеславович, что, я думаю, вы не сможете нас убедить в том, что это реально нужно. Вообще, я считаю, что в кризис, тем более когда президент говорит о том, что нужно как-то поддержать малый бизнес...

Вот мы же приняли коэффициент-дефлятор 1,78, сейчас вы в этом законопроекте предлагаете его сделать 1,83 — тоже увеличение, вот бюджетный комитет говорит, что мы будем вносить изменения. Вы пришли бы, проконсультировались в Думе, проработали бы с нами этот вопрос и потом уже такие законопроекты вносили.

Мы считаем, что концептуально фракция ЛДПР не может поддержать данный законопроект, но если бюджетный комитет — мы поправки будем направлять — вернётся к вопросу компенсации выпадающих доходов субъекта, к вопросу коэффициента-дефлятора во втором чтении, то мы готовы будем поддержать.

Комментарии (0)
Только авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите или зарегистрируйтесь.
Дмитрий Савельев считает, что Россия не должна слепо повиноваться Европе, выполняя все ее рекомендации. Депутат фракции ЛДПР обратил внимание на дискуссию о смертной казни и фиксирование понятия в Уголовном Кодексе РФ, что категорически не нравится Евросоюзу